После ухода из жизни Алексия 11 патриарх Кирилл (в просторечии – господин Гундяев Владимир Михайлович) проводит политику повсеместного проникновения церкви во все сферы светской жизни государства: культуры, образования, социальных отношений, средств массовых коммуникаций. Появляется уверенность в том, что глава Русской Православной Церкви стремится сделать из подвластной ему епархии одну из сфер жизни российского общества, которой была бы подвластна духовная жизнь людей и которая смогла бы прямым образом влиять на саму жизнь россиян.
Российский патриарх, ведя активную «просветительскую» деятельность, путешествует по миру, не боясь разглагольствовать на самые разнообразные темы и демонстрировать различные жесты. Наверное, он мнит себя истинным потомком старых русских митрополитов, которые выступали в роли третейских судей в распрях между московскими князьями древней Руси. Того же Никона, который низверг раскольников и протопопа Аввакума.
Но Кирилл же возводит в ранги святых всех исконных врагов русского народа: белогвардейцев и других с ними, которые когда-то получили по мере своих заслуг, а ныне становятся объектами религиозного поклонения.
Конечно, не один только Кирилл стоит на этой позиции, тенденция эта начала прослеживаться ещё и при покойном патриархе Алексии, правда не в таких ярких формах. Патриарх Алексий вёл себя более сдержанно: не делал никаких резких идеологических, тем более, политических заявлений, чтобы не брать ни на себя, ни на Российскую Православную Церковь лишней ответственности. Ему были памятны, по всей видимости, московские события осенью 1993 года, где ему пришлось приложить неимоверные усилия, удерживая людей от непоправимой беды, что сильно подорвало его здоровье.
Другое дело – патриарх Гундяев. В его отношениях к социалистической идее в целом, и в частности, к российскому большевизму, а вкупе с ним и к советской власти, прослеживается и личная, ярко выраженная неприязнь, объясняющаяся довольно просто. Его дед провёл немалую часть своей жизни в советских лагерях по причине проведения антисоветской агитации. А события далёкого 1991 года, по всей видимости, также заставили поволноваться Гундяева – младшего, в ожидании возможного возмездия и не только, наверное, за агитацию… Сейчас он, в уже обновлённой капиталистической России, пытается отквитаться за свои страхи и всеми правдами и неправдами изгнать из сердца и памяти русского народа события начала двадцатого века, я говорю о социалистических революциях.
Летом ушедшего года российский патриарх побывал в некоторых регионах России. В одном сибирском городе посетил памятник Колчаку, на Колыме – жертвам сталинских репрессий. К тому же сделал умозаключение: « Здесь много людей пострадало за веру. По большому счёту - эти места являются одним большим жертвенником». Но если быть справедливыми и почитать документы архива КГБ, многие сидевшие здесь не были «бедными овечками» и имели серьёзные статьи и за незаконное хранение оружия, и за участия в грабежах, а также в антиправительственных заговорах.
Но кроме этого, у патриарха русской церкви Кирилла, оказывается, есть ещё один идейный враг, правда, скончавшийся во второй половине восемнадцатого века, с которым он периодически вступает в спор. Это крупнейший французский учёный и писатель, философ, которого сам Владимир Ильич Ленин глубоко почитал, - Дени Дидро. Так вот именно учению этого гуманнейшего человека, патриарх Гундяев объявил войну.
Дени Дидро, в силу своего лёгкого, жизнелюбивого характера когда-то высказал своё мнение о том, что человек приходит в жизнь чистым и святым, из этой мысли следовало дальнейшее умозаключение: не мешайте человеку делать всё, что он хочет – и он сам будет развиваться без всех рамок ограничений, как общественных, так и религиозных. Часто бывало, что понятие религиозных ограничений связывали с насилием над личностью, и христианская мораль воспринималась именно в таком плане, как тирания. Но Дидро, говоря о рождении человека святым, подразумевал просто сам факт появления человека на свет. А господин Гундяев говорит о природной греховности человека, а посему любой младенец, появившийся на свет – грешен.
Извечная боязнь русских капиталистов и их приспешников – это боязнь потенциальной активности общества и, не дай Бог, нового бунта – всё это звучит буквально в каждом высказывании патриарха Кирилла, говорящего о «пользе молитвы» и о «приобщении к Богу». «Нынешний гражданин ещё больше должен думать о Боге, чем наши предки. Чтобы уметь уравновешивать все проблемы, его сокрушающие, с внутренней силой, которую можно обрести только в вере, человеку нужна вера во Всевышнего. Потому что без веры, без Божией помощи – человеку ни с чем не справиться». Такое наступательное погружение людей в состояние всеобщей пассивности, равнодушия уже достаточно давно является стержневой политикой российского правительства и русской церкви, которая бдит его интересы. Но получится ли? История уже видела неоднократно подобные примеры. Рациональный ум всегда одерживает победу над невежеством. Человеку разумному уже не хочется отдаться на растерзание предрассудкам и оголтелому невежеству, которое насаждается среди людей.
По материалам Сафина Ралифа бывшего Член Совета Федерации, занимавший эту должность до недавнего времени почти 12 лет.